ДТП и новые технологии. Помогла ли система спутникового слежения определить виновного?

Выводы экспертов зачастую являются тем самым моментом, на который возлагают надежды участники судебных разбирательств. Казалось бы, научный подход и точные расчеты, избавленные от какого-либо субъективного начала, способны расставить точки над "i" в любом споре. Однако мы раз за разом встречаем ситуации, когда выводы государственных экспертов и независимых специалистов принципиально расходятся. А на кону - человеческие судьбы.

Одна из последних историй особенна тем, что помимо экспертиз суд располагал данными системы спутникового слежения. Впрочем, обо всем по порядку. 

Удар в 40 тонн

30 ноября прошлого года Александр, водитель тягача Sсania с полуприцепом Schmitz, груженным 19 т кормов для животных, выехал из города Глубокое в Минск. На двухполосной дороге недалеко от деревни Козыри Логойского района примерно в 12.34 его автопоезд столкнулся с литовским тягачом DAF c полуприцепом Krone, груженным примерно 17 т батареек. Несмотря на то что оба транспортных средства двигались с относительно небольшой скоростью, не более 70 км/ч, удар был такой силы, что у Sсania оторвало кабину, а сам тягач и полуприцеп по инерции продолжили движение вперед. 

Тягач DAF c полуприцепом Krone тоже оказался в кювете через несколько десятков метров после столкновения. Литовский водитель от полученных травм умер в тот же день в больнице. 

Что сказано и как записано

Перед судом стояла задача решить, кто из водителей нарушил ПДД, по чьей вине произошла авария. 

Сам Александр сперва ничего конкретного сообщить не мог. В своих первых пояснениях он рассказывал, что двигался прямолинейно, никого не обгонял, на обочину не съезжал. Незадолго до того как проезжая часть сузилась до двух полос (по одной в каждом направлении), он пропустил несколько легковых автомобилей. 

"Возможно, меня обогнал легковой автомобиль, который был светлого цвета или заснеженный… Далее примерно за 100 метров до своего автомобиля я заметил, что по встречной полосе движения в сторону Витебска движется тягач DAF, кабина белого цвета, с полуприцепом… Далее я помню только перед собой стену серого цвета", - сообщил водитель. Отдельно он подчеркнул, что его тягач в состоянии заноса не был. Уже будучи обвиняемым, он сказал, что видел перед тягачом DAF на полосе движения в сторону Витебска легковой автомобиль, а в суде конкретизировал, что двигавшийся навстречу автопоезд выехал на его полосу движения. 

Суд такое изложение событий расценил как желание уйти от ответственности. Но Александр по прошествии практически года после аварии вспоминает:

"Поймите, когда я очнулся, не мог понять, на каком я свете. Я говорю это без преувеличений. Следователи меня спрашивали, я ничего толком не мог вспомнить. У меня вся жизнь - в дороге. Перед глазами каждый день машины. А несколько месяцев спустя, когда дочке исполнился год, мы с товарищем ехали в сторону Мяделя, и вдруг нам в лобовую идет легковой автомобиль. Аварии удалось избежать, но в тот момент я, может, от шока, четко вспомнил, как литовская фура точно так же ехала мне навстречу. И перед ней был легковой автомобиль. Это точно. Я говорил об этом на суде, но следствие и обвинение как-то изначально исходили из того, что это я якобы виноват…"

Свидетелей ДТП было несколько, но все они находились в легковых автомобилях, следовавших за автопоездом Александра, и полностью видеть происходившее были просто не в состоянии. 

Так, из протокола судебного заседания и приговора суда следует, что практически каждый из них сообщил, что видел, как у следовавшей впереди фуры загорелись стоп-сигналы, после чего она "сложилась в ножницы". В таком состоянии примерно под углом 90 градусов автопоезд выехал на полосу встречного движения (по словам одних, выезд был значительным, другие говорили, что тягач оказался примерно на разделительной полосе), где и произошло столкновение. Одна из очевидцев утверждала, что видела, как литовская фура пыталась уйти от столкновения, изменив направление движения в сторону правой обочины. При этом ни один из свидетелей не вспомнил о наличии легковых автомобилей по направлению на Витебск или Минск.

По поводу того, как слова свидетелей были зафиксированы в процессуальных документах, у Александра тоже есть замечания. Он подробно изложил их в своей жалобе на имя Верховного суда.

"Дословно один из свидетелей в суде сказал так: "И даже не я заметил, а попутчица сказала: смотрите, "Сканию" начало заносить в сторону "встречки". Начало складывать, может, немного навстречу вышел. Может, с полметра вышел на встречную полосу. На стопы не обратил внимания. Я думаю, что у него была какая-то помеха. Скорость была небольшая, думаю, что начал тормозить и начало крутить. Там после расширения он двигался по своей полосе прямолинейно", - цитирует Александр слова водителя, ехавшего в третьем за его фурой автомобиле, на расстоянии примерно 100 м. - Этот же свидетель показал, что до столкновения не видел на полосе встречного движения тягач DAF, а удар пришелся водительской стороной встречной фуры DAF в правую пассажирскую часть попутной фуры Sсania. Но ведь в протоколе судебного заседания его слова звучат совсем по-другому! Что же касается свидетельницы, которая якобы видела, как литовская фура уходит от столкновения, то она ехала в машине, следовавшей сразу за мной, на расстоянии 20-30 метров. Можно ли при таком расположении вообще что-то видеть, кроме прицепа?"

"Еще один не менее важный момент: тахограф с DAF был отправлен фирме-владельцу, то есть лицу, заинтересованному в решении суда. В ответ следователям сообщили, что прибор неисправен, поэтому считать с него данные невозможно", - дополняет автомобилист.

К объективным расчетам

Казалось бы, на фоне всей этой неопределенности с определенной долей субъективизма особую роль должны были сыграть данные экспертиз, коих было назначено несколько. 

В частности, эксперты подтвердили техническую исправность обоих транспортных средств до столкновения. 

Место столкновения точно определить не удалось, однако, по мнению экспертов, исходя из расположения начала масляного пятна, оно находится на полосе движения по направлению в Витебск. 

Эксперты также пришли к выводу, что в момент первоначального контакта тягач DAF столкнулся своей передней левой частью с задней правой частью тягача Sсania. На это указывают повреждения обоих ТС.

Так, у тягача DAF и его полуприцепа отмечены значительные повреждения левой стороны.

Вот основные из них: деформирована и смещена назад и вправо крыша автомобиля с левой стороны, повреждена левая передняя стойка и левая передняя нижняя часть кабины, а также левая дверь кабины; левый амортизатор кабины автомобиля разрушен с отсоединением его штока от цилиндра и смещением цилиндра назад. Шина левого переднего колеса на диске колеса отсутствует. 

Что касается тягача Sсania, то его шасси, двигатель и кабина после ДТП оказались по отдельности друг от друга. 

При этом у кабины повреждены и левая, и правая стороны. В частности, в документах зафиксировано, что передняя правая часть кабины деформирована с образованием многочисленных складок металла.

Левый лонжерон рамы тягача Sсania деформирован, изогнут и смещен влево. Передняя поперечина рамы автомобиля тоже деформирована.

Переднее левое колесо на автомобиле отсутствует, кронштейн крепления грязезащитного щитка этого колеса и сам грязезащитный щиток повреждены.

Шины правого наружного заднего колеса автомобиля-тягача также нет. Диск заднего правого наружного колеса автомобиля деформирован с образованием повреждения углообразной формы. Задний правый кронштейн крепления заднего брызговика правых колес автомобиля деформирован и загнут вперед.

Именно характер повреждений правого наружного заднего колеса позволил экспертам сделать вывод, что первоначальный контакт у фур произошел между передней левой частью тягача DAF и задней правой частью (с кронштейном крепления заднего правого блок-фонаря и наружным задним правым колесом) тягача Sсania. 

"Затем передняя левая часть тягача DAF контактировала с правой частью кабины и передним правым колесом тягача Sсania", - говорится в заключении экспертов, датированном январем 2016 года.

К аналогичным выводам пришла и комиссия экспертов-автотехников, изучившая материалы дела в апреле 2016-го. 

Однако специалист Владимир Волков, оценивавший те же самые повреждения, уверен, что сюжет ДТП был совершенно иным. Он настаивает, что это литовский водитель выехал на полосу встречного движения. Первичный контакт фур пришелся на переднюю левую сторону тягача DAF и переднюю правую сторону тягача Sсania. 

"Именно в момент первичного контакта ТС удар имеет наибольшую силу, поэтому повреждения носят самый значительный характер, - говорит специалист. - То, что тягач DAF контактировал со Sсania передней левой стороной, ни у кого сомнений не вызывает. Что же касается тягача Sсania, то его передняя правая сторона разрушена намного больше: поврежден левый лонжерон и рама спереди… 

Такая деформация, загиб основной несущей детали грузовика, возможен только при прямом воздействии на нее сильнейшей ударной нагрузки. Никакое смещение колес, никакой скользящий удар не могут изогнуть раму грузовика, рассчитанную на десятки тонн нагрузки. Отмечу: для деформации заднего правого колеса при прямом ударе необходимо разрушение полуприцепа на соответствующую расположению колеса глубину, а такого разрушения мы не наблюдаем… 

Кроме того, есть еще характерные следы: сопоставимые повреждения имеются у задней части кабины тягача Sсania и передней части полуприцепа. Это значит, что они контактировали. Проще говоря, кабину сначала как бы вдавило в прицеп… 

Но различная степень деформаций справа и слева говорит о том, что контакт был под небольшим углом. Потом кабину развернуло, а уже удар в заднюю правую часть тягача был вторичным". 

"Что касается расположения ТС в момент ДТП, то определенно можно сказать, что столкновение произошло на полосе в направлении Минска. Из-за удара тягач развернуло против часовой стрелки, а на кабину начала действовать центробежная сила, и та оторвалась. При таком характере силы тело движется по окружности. Учитывая, что кабина оказалась на полосе по направлению в Витебск недалеко от разделительной линии, можно утверждать, что тягач Sсania в момент удара находился на своей полосе. В ином случае кабина упала бы совершенно в ином месте, - дополняет Владимир Волков. - Эксперты пришли к выводу, что место столкновения находится вблизи начала пятна розлива нефтепродуктов. Однако можно ли при решении данного вопроса опираться на схему из протокола осмотра места происшествия, если рассыпанные батарейки из полуприцепа Krone зафиксированы более чем за 30 метров до начала пятна? Груз ведь не имел возможности перемещаться в обратном направлении от места столкновения!"

Современные технологии в помощь

Особенность этой истории заключается в том, что литовский автопоезд был оснащен системой спутникового слежения MapOn. С помощью GPS-связи система фиксирует точное местонахождение транспортного средства и его скорость. Владелец литовского автопоезда предоставил сведения, благодаря которым удалось установить точное время ДТП, скорость движения фуры, а также географические координаты ее траектории.

Если задать эти данные в карту Google, можно получить четыре точки: одна - по левую сторону дорожного полотна, вторая - по правую, третья и четвертая - за пределами дорожного полотна. 

Учитывая, что ширина проезжей части на этом участке 7 м (по 3,5 м в каждую сторону), а при осмотре места происшествия зафиксировано, что тягач DAF со своим полуприцепом остановились в 9 м от начала обочины, эти точки представляются достаточно точными. Мы списались с представителями системы. Но брать на себя ответственность за достоверность данных там не решились, сообщив, что полученные координаты не могут служить доказательством, поскольку погрешность GPS-данных может достигать 10 м. 

Александру и его защите пришлось подробно изучить вопрос точности данных самостоятельно.

"Для работы системы спутникового слежения необходимо позиционирование объекта минимум по трем спутникам. В силу природы спутниковых систем навигации ни один, даже самый совершенный, GPS-приемник не может автономно определить свое местоположение с точностью выше ±5-15 м в плане, причем эта точность будет постоянно изменяться в зависимости от геометрии расположения спутников в пространстве, от атмосферных условий и от множества других факторов, - говорится в жалобе автомобилиста. - Но система Mapon Expert и Mapon Mini использует SBAS (Satellite-based Augmentation Systems) для улучшения точности сигнала. Это данные с официального сайта. SBAS (Satellite-based Augmentation Systems) повышает точность позиционирования до ±1-5 м в плане".

Несмотря ни на что

Тем не менее в глазах суда сбивчивость объяснений водителя Sсania и данные государственных экспертиз оказались весомее доводов независимого специалиста и GPS-датчиков. Александр, отец двух несовершеннолетних детей, получил два года лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении и запрет заниматься деятельностью, связанной с управлением автомобиля, на 5 лет, его работодателя суд обязал выплатить вдове литовского водителя 300 млн неденоминированных рублей. Не изменила приговор и судебная коллегия Минского областного суда, куда была подана апелляция.

И хотя все ответы по этому делу, казалось бы, даны, вопросов меньше не становится: как аттестованные специалисты в области автотранспортных экспертиз при наличии одних и тех же исходных данных приходят к противоположным выводам? Почему не назначается дополнительное исследование, во время которого комиссия экспертов из специалистов оценила бы обоснованность тех и других выводов? Почему никто не заинтересован в использовании возможностей современных технологий? 

Наконец, почему при решении судьбы человека остается место сомнениям, а органу, призванному вершить правосудие, проще лишить семью на два года отца, чем докапываться до сути произошедшего?

Наталья ЖУРАВЛЕВИЧ
ABW.BY

Подписывайтесь на наш канал в Telegram и читайте новости раньше всех!