«У бабушки в деревне умирает какая-то старая зеленая машинка». Так спасли этот «Москвич»

Этой статьей мы завершаем цикл материалов о ретротехнике Юрия из Могилева – человека, которому после смерти тестя досталось сразу несколько автомобилей с историей и который шаг за шагом возвращает их к жизни. Мы уже рассказывали о СМЗ, «Запорожце» и «Чайке». Но финальная часть получилась особенной. Потому что ее герой – не машина, доставшаяся по наследству, а автомобиль, который попал к Юрию почти случайно.

«Я вообще ничего не планировал»

– Если честно, я не планировал никакой покупки – всё получилось случайно. Знакомые попросили мою «Моргуновку» для фотосессии, и там была девушка-фотограф. Она рассказала, что у ее бабушки в деревне погибает какая-то старая зеленая машинка и ей очень хотелось бы, чтобы та не пропала окончательно.

Я напросился поехать посмотреть. Приехал в деревню – и это оказался как раз тот самый «Москвич», который сейчас перед вами. Машина стояла под навесом между баней и сараем, видна была только передняя часть, а остальное скрывалось под хламом. Сколько лет она простояла без движения, до сих пор точно не знаю.

Зацепила она меня двумя вещами. Во-первых, документами. Бабушка была жива, автомобиль оставался оформленным на нее, а значит, его можно было без проблем переоформить. Для старой техники это уже огромный плюс. Во-вторых, кузовом. Да, с вмятинами, следами времени и мелкими повреждениями, но при первом осмотре было понятно: по днищу, порогам и общему состоянию он еще живой. А когда выяснилось, что и цена весьма гуманная, решение пришло само.

Пригнал лафет, забрал машину, переоформил, и с этого момента началась история длиной в 3 года.

Три года работы и понимание того, что это не реставрация

– Сразу было понятно: работы предстоит очень много. Это «Москвич-407» 1961 года. Хрома на машине почти не осталось: сохранились только передние бамперы и решетка радиатора, все боковые элементы были утрачены. Двигатель оказался размороженным и сразу пошел под замену. Позже заменили и подвеску, и передние крылья – старые были сильно повреждены коррозией.

Я полностью разобрал машину и отпескоструил кузов. Тогда и вскрылись все возрастные проблемы: ржавчина по кромкам дверей, когда-то неудачно отремонтированные пороги, сгнившие задние крылья, трещина на капоте. Пока металл скрыт под краской и грязью, кажется, что всё не так уж плохо. Но после пескоструя картина становится совсем другой.

Вообще кузов – самая сложная часть любой старой машины. Возраст металла дает о себе знать, но в случае с этим «Москвичом» всё оказалось не настолько страшно, как могло быть. Наверное, именно это в свое время и убедило меня взяться за проект.

С покраской тоже возникли сложности. Одни мастера называли неподъемную цену, другие просто отказывались. В итоге помочь согласился мой знакомый и коллега. Ему наскучили современные автомобили, захотелось поработать с чем-то необычным.

Сразу хочу уточнить: я не называю это реставрацией в строгом смысле слова. У меня не было цели вернуть автомобиль в музейное или полностью заводское состояние. Хотелось сделать красивую, технически исправную машину, на которой можно спокойно ездить по городу, выезжать на мероприятия и получать удовольствие. Поэтому для меня это, скорее, большой проект по восстановлению с уважением к эпохе, но без фанатичной погони за абсолютной оригинальностью.

Новый образ и запчасти, которые ехали отовсюду

– Изначально машина была обычного зеленого цвета. Тот образ, который она имеет сейчас, появился в процессе работы. Однажды я увидел на форуме похожий «Москвич» – понравились цвет, красные диски, общее настроение автомобиля. Тогда я и понял, каким хочу видеть свою машину.

Хром пришлось собирать буквально по кусочкам. Что-то приехало из Екатеринбурга, что-то удалось найти по объявлениям и через знакомых. Колпаки, например, пришлось искать очень долго: родные были сильно побиты. Со старой техникой так всегда – нужные детали не покупают одним походом в магазин, их месяцами, а иногда и годами ищут по всей стране.

С двигателем оказалось проще. Такие моторы еще встречаются, потому что когда-то их ставили на бензогенераторные установки. Поэтому новый двигатель удалось купить без особых проблем.

А вот с кузовными деталями сюрпризы продолжились. Казалось бы, есть два совершенно новых передних крыла – осталось только установить. Но новые детали тоже пришлось долго подгонять: зазоры не совпадали, ничего не вставало на место с первого раза. Поэтому идеальной геометрии здесь нет. Да и задачи добиться музейной точности я перед собой не ставил – гораздо важнее было получить красивый, честный и живой автомобиль.

Не музей, а удобная живая машина

– Я с самого начала понимал, что хочу на этой машине ездить. А если автомобиль должен ездить, иногда приходится принимать прагматичные решения. Многие узлы здесь заменены на те, что подходят от следующего, 408-го «Москвича». Например, верхние шаровые. Их проще найти, купить и заменить. Для меня это важнее, чем гнаться за абсолютной оригинальностью и потом месяцами ждать редкую деталь.

Работа над машиной продолжается до сих пор. Недавно полностью перебрали переднюю подвеску, впереди – задний мост, редуктор и другие узлы. Машина ездит, но старый автомобиль постоянно требует внимания. Сегодня кажется, что всё сделано, а завтра обязательно находится новая задача.

У меня есть знакомый в Могилеве, который тоже занимается «Москвичами». По многим запчастям выручает именно он. Со старой техникой иначе не бывает: проект никогда нельзя считать полностью завершенным.

Салон с секретами и современными решениями

– Внутри машина тоже не в оригинале. Салон полностью перешит в светлую кожу. Хотелось сохранить атмосферу эпохи, но сделать автомобиль удобным для повседневной эксплуатации.

Музыка здесь есть, но почти незаметна. Для обивки использовали перфорированную кожу, за которой скрыты динамики в дверях и задней полке. Магнитофон на панели тоже лишь создает нужное настроение: снаружи он выглядит как оригинальный, но внутри скрывается современная начинка. Проводка аккуратно спрятана, поэтому современные доработки практически не бросаются в глаза.

Коробка передач – еще один компромисс. На 407-х она должна переключаться рычагом на рулевой колонке, и место под него сохранилось. Но при сборке не удалось найти необходимые детали, поэтому пока остался напольный рычаг. На нем стоит декоративная ручка в виде маленькой машинки. Когда-то ставили розочки, а мне больше нравится такой вариант.

Некоторые элементы салона пришлось изготовить заново с помощью 3D-печати – например, пластиковые детали и ручки. И в этом нет никакой трагедии: родной пластик за десятилетия неизбежно коробится и трескается. По той же причине здесь установлен другой руль: оригинальные «костяные» рули на таких машинах со временем начинают буквально рассыпаться.

Есть и небольшие детали, которые особенно радуют. Например, характерный сигнал старого клаксона или спидометр, который стоит на автомобиле с завода.

Под капотом – без фанатизма

– Под капотом тоже есть интересные решения. Самое забавное, что в первый раз я вообще не мог понять, как его открыть. Дергал ручку – ничего не происходило. Потом выяснилось, что капот открывается со стороны пассажира. Шучу, что в этой машине рядом с водителем должен был сидеть еще и механик.

Двигатель, как я уже говорил, с бензогенераторной установки. Карбюратор здесь не штатный однокамерный, а двухкамерный – через переходную пластину. Электрику переделали на современные предохранители: старые в эксплуатации слишком капризны. Поставили и более мощный генератор, чтобы без проблем питать музыку и другие современные потребители. В остальном старались сохранить логику автомобиля и не вмешиваться без необходимости.

Удалось сохранить и некоторые родные детали. Например, передний значок. Когда машина попала ко мне, значок был почти полностью выцветшим. Мы аккуратно очистили его, обработали специальной химией и вернули рисунку читаемость. Может быть, это мелочь, но именно такие детали делают автомобиль по-настоящему живым.

Почему этот «Москвич» особенно дорог

– Девушка, которая когда-то рассказала мне про машину своей бабушки, до сих пор следит за судьбой «Москвича» в Instagram и периодически показывает ей фотографии. Бабушка видит и знает, что автомобиль не пропал, а восстановлен и снова ездит. И мне кажется, в этом есть что-то очень правильное.

Мы даже думали повторить старую фотографию уже с обновленным автомобилем. Получилась бы красивая история: одна и та же машина, но в двух совершенно разных состояниях и двух главах своей жизни.

Сейчас я, наверное, поставлю на паузу новые покупки. Не потому, что интерес пропал – просто хочется довести до ума то, что есть. Я люблю, когда машина, неважно, старая она или современная, находится в хорошем техническом состоянии. Чтобы, садясь за руль, понимать: да, у нее есть характер и она может преподнести сюрприз, но в целом ей можно доверять.

Со старой техникой работа никогда не заканчивается. Всегда найдется что-то, что можно улучшить, починить или сделать лучше. Но, наверное, именно в этом и есть главная ценность ретромашин.